НОВЫЙ ЖУРНАЛ  В  НОВОМ СВЕТЕ

 

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

ЧИТАТЬ НОМЕР 2017 - №1

 

 

Еще вчера, – как снимок дилетанта, –

Осенний день расплывчат был и слеп,

А нынче скрупулезно и детально

Его дорисовал внезапный снег.

 

Белым-бело!... И в этом белом гимне

Приходит к нам, болезненно остра,

Необходимость тут же стать другими,

Уже совсем не теми, что вчера.

 

Как будто Бог, устав от наших каверз,

От слез и драк, от кляуз и нытья, –

Возвел отныне снег, крахмал и кафель

В разряд святых условий бытия.

 

 

И кончились бои, и дрязги стихли,

И тишина везде вошла в закон

Как результат большой воскресной стирки

Одежд, религий, судеб и знамен.

 

С первым снегом меня и вас, мои Читатели! Это стихотворение классного Леонида Филатова вспомнилось мне не только из-за первого снега.

 

...Необходимость стать другими

Уже совсем не теми, что вчера….

 

Во все времена, у всех народов есть праздники и традиции, связанные с масками, будь то ряженые на Руси, Пурим в Израиле, ежегодные карнавалы в Аргентине, Марди Гра в Новом Орлеане или вошедший в моду языческий Хеллуин, которому, говорят, не менее двух тысяч лет. У древних кельтов он знаменовал собой еще и приход зимы и праздновался 31 октября.

Вдруг задумалась: откуда у человека эта вечная тяга к переодеванию, к преобразованиям и мистификациям? Желание стать другим, удивить, обновиться? Хотя ведь и в обычной жизни мы даже в течение одного дня меняем маски, именуемые Радостью, Озабоченностью, Любовью, Усталостью, меняем роли: Коллеги, Друзья, Родители, Дети. И все же, они разные, потому что в них мы вкладываем частички своей индивидуальности. И видимо, желание выйти за пределы своего "Я" порождает наш интерес к другим людям , желание "примерить" чужой костюм.

Может, это идет из детства, когда девчонки играли в "дочки-матери", а мальчишки – "в войнушку"?

Или еще глубже: из наших других жизней, бессознательного взгляда назад, согласно теории о бессмертии души, каждый раз при рождении обретающей новое тело, чтобы прожить еще одну жизнь? Теории о том, что так Бог через нас познает себя, этот мир...

Или, переодеваясь в ужасных черных монстров, мы без страха смотрим в глаза своему "альтер эго", всему темному в себе, и таким образом, осознав, мы его побеждаем?

Когда-нибудь челoвечество ответит на все вопросы, откроет для себя истину... А пока... пока мы вместе с детьми нацепляем причудливые одежки и рыжие парики, приклеиваем искусственные клыки, с беспечной непосредственностью отдаваясь Ее Величеству Игре. Взрослые дяди и тети вытряхивают содержимое детских рюкзачков и, забыв о рисовой диете и холестерине, вспоминают вкус сливочных ирисок! А дети меняются ролями с нами, становясь на один хеллоуинский вечер нами – "страшными разбойниками"!

Что поделаешь, мы все немного артисты. Это наша смежная профессия.

Есть еще одна – учительская, профессиональный праздник которой тоже отмечается в октябре. Значит, это наш всеобщий день, день Учителя. Мы все учителя друг для друга. Каждый день, час, минуту, мы учим других и сами учимся делать выбор, нам приходится готовить домашние задания, сдавать экзамены, проводить практические занятия по самым разным предметам: Дело, Дружба, Любовь... Мы – вечные студенты, и одновременно – учителя в Школе, именуемой Жизнью...

Каждый помнит своих учителей.

В этот день захотелось вспомнить одну из моих школьных учительниц: ту, что обьясняла мир с точки зрения физических законов.

У нее невозможно было списывать или увиливать от контрольных, как и уйти, не усвоив темы. Она могла часами заниматься после уроков, к примеру, с самым нерадивым по физике и, несмотря на это, самым любимым учеником, Женькой Черняком, вдалбливая в его лохматую, абсолютно гуманитарную башку физические знания. Он мечтал стать журналистом. А для этого нужен был мало-мальски удобоваримый аттестат.

"Женечка, – говорила она, – хорошему журналисту физика нужна, она развивает логику и умение вникать в суть вещей и явлений. И человеческое общество, которому ты, как будущий газетный зубр, хочешь посвятить свою творческую энергию, развивается по тем же физичеким законам, что и вся Вселенная! К примеру, что заставляет тебя оставаться за одной партой, да еще глядеть влюбленными глазами на зануду Таньку Чепурную, которая никогда не слушает твоих стихов и больно толкает в бок, когда ты дремлешь на моих уроках? Уж не закон ли притяжения разных магнитных зарядов?”

После этого хитрый, красноречивый Женька все свои "плавания у доски" на ее предмете начинал с подобострастного предложения: "К решению этой физической задачи можно подойти с точки зрения марксистко-ленинской науки о человеческом обществе". Потом, как правило, он надолго и безнадежно замолкал. И она, лукаво растягивая слова, с обожанием в глазах произносила: "Оно-то мooожно, но зааaчем?!" – рискуя прослыть аполитичной в глазах партийной ячейки школы. И ставила заслуженную двойку, тоже рискуя. А потом в свое свободное время засиживалась с ним, да и с другими, такими же "физическими гениями", заставляя решать задачи по кинематике, дабы они честно зарабатывали свои "твердые тройки".

Вспоминал ли неуемный Женька законы кинематики про "подвешенное на нитке тело", когда после последнего звонка, ошалев от осознания свободы, перегнувшись через подоконник, малевал красные огромные буквы на стене под физкабинетом: "10-а – виват!"? А прекрасная половина этого 10-а, согласно тем же законам, с хохотом держали его за "фирму" (ударение на последнем слоге!) – индийские джинсы, обтягивающие тощий зад, чтобы "тело" не подверглось закону земного притяжения более, чем этого требуется. Или когда прыгал через три скамейки в спортивном зале, размахивая аттестатом зрелости с тяжело заработанной четверкой по физике под восторженные овации нарядных выпускников. Торжественная часть мероприятия не начиналась, пока незадачливый Женька не сдаст физику. Так они и явились вместе: принципиальная, сияющая физичка и потный от умственного напряжения, но гордо-счастливый  Черняк!

...Евгений Черняк погиб в Афганистане "при исполнении интернационального долга"...

А Танька, Татьяна Викторовна Чепурная, ныне доцент Харьковского авиационного института, которой я раз в полгода ору в скайп: "Привет, Чёпа!", рассказала мне, что часто встречает двух сухоньких старушек, Женькину маму и нашу физичку, о чем-то тихо беседующих под красными буквами "10-а – виват!", у стен школы. Поблекшая, немного наискосок "забабаханная" надпись так и красуется под окнами физкабинета нашей старой школы, несмотря на все ветры перестроек. Потом мы с Танькой с минуту молчим…

и…

возвращаемся к трепу о невыносимых детях, на которых тоже распространяется накрепко вызубренный, благодаря физичке, третий закон Ньютона!

 

Жизнь-то идет... согласно физичеcким законам...

 

(Публикуется с любезного разрешения автора.)

Поделиться

© Copyright 2017, Litsvet Inc.  |  Журнал "Новый Свет".  |  info@litsvet.com